Зверь-Elay Felsenheimer

Глава 5

Глава 5
Михаил резко вздрогнул и подскочил на кровати, обернувшись к двери. Еще сонный, он не до конца понимал, что происходит. В коридоре что-то упало и разбилось, а через несколько секунд дверь с диким грохотом ударилась об стену, и в комнату ворвался разъяренный альфа.

Маленький столик перевернулся, а чайный сервиз встретился со стеной, превращаясь в маленькие осколки. Омега замер на постели, не сводя испуганного взгляда с мужчины. Но, тем не менее, даже в такие порывы ярости, Константин никогда не поднимал на него руку, о чем Михаил прекрасно помнил.

— Что происходит? — охрипшим голосом спросил парень, поднимаясь с кровати.

— Раздевайся.

— Я хотел…

— Не задавай лишних вопросов, иначе я ударю тебя — резко оборвал альфа, подойдя к омеге и грубо сорвав с него шелковый халат.

— Мне встать на четвереньки, чтобы поманить тебя, кабеля? — издевательски спросил парень, криво усмехнувшись.

— Грязная тварь! — мужчина толкнул омегу, приказывая ему сесть на кровать. Михаил покорно выполнил приказ, недовольно покосившись на сумасшедшего любовника. Константин сел перед омегой на корточки и обхватив бедра парня, притянул его к себе, после чего заставил раздвинуть ноги.

Михаил не растерялся, обхватил ногами бедра мужчина и, схватив его за волосы, жадно впился в губы. Не прерывая поцелуя, Михаил снял одной рукой с мужчины куртку, а потом впился ногтями в его плечи. Губы перешли к мочке уха и он не спеша стал теребить ее зубами. Альфа лишь тихо застонал, чувствуя, что ему нужно немедленно снять с себя джинсы.

Небрежно откинув от себя омегу, Константин встал и быстро снял с себя всю одежду, после чего схватил Михаила за волосы и, укусив за нижнюю губу, опрокинул на кровать. Склонившись над ним, Константин раздвинул ему ноги и резко вошел в омегу, не сдержав дикого рыка.

Стон так же вырвался и из горла омеги, правда, больше похожий на хрип. Пальцы молодого человека впились в спину альфы, оставляя красные полосы. Михаил вскрикнул, когда мужчина стал грубо толкаться, даже не подготовив его. Он ритмично проникал в него, одной рукой схватив член парня. В комнате были слышны их стоны и тихие крики, вперемешку с рваным дыханием и хлюпающими звуками. Оба были потными и дико возбужденными, готовые дойти до конца, но вот только мысли у каждого были свои.

Михаил в очередной раз проклинал себя за ошибку, совершенную несколько лет назад. Теперь, когда он повзрослел, и из головы вышла вся дурь, до него стало доходить, как низко, подло и глупо он тогда поступил. Но детство прошло, а за ошибки приходилось расплачиваться до сих пор. И разве мог он тогда подумать, что нежный и довольно ранимый в юности парень окажется таким злопамятным и мстительным? Горько улыбнувшись, он подумал о том, что возможно, Константин был бы прекрасным мужем и отцом, ведь когда-то он рассказывал о своих планах на будущее, о семье и детях. Вот только в тот момент Михаила занимали совсем другие мысли и планы.

Константин сжимал в руках кожу омеги, его запястья и волосы, стараясь принести ему как можно больше дискомфорта и боли, представляя на его месте Германа. Его беспокоила эта чертова причина отказа! Он до сих пор не мог поверить, что кто-то смог ему отказать.

Наконец, прорычав, мужчина обильно излился в омегу, сжав головку его члена, от чего Михаил так же прокричал, кончив. Альфа упал на кровать рядом с Михаилом. Они оба тяжело дышали, пытаясь восстановить дыхание. Константин повернул голову в сторону омеги и несколько минут внимательно вглядывался в его лицо, будто видел впервые, а после брезгливо поморщился и встал с постели.

— Поздравляю с годовщиной.

— О чем ты? — непонимающе спросил парень, поднявшись на кровати и укрывшись одеялом.

— Сегодня ровно пять лет, как ты работаешь в моем борделе. Клянусь, я очень доволен тобой. Ты приносишь много прибыли и популярности этому месту. Благодаря твоим стараниям три недели назад мне удалось заключить довольно выгодную сделку, благодарю.

— Я рад, что смог удовлетворить тебя во всех смыслах — с ненавистью в голосе ответил парень.

— Нечего так смотреть на меня и брызгать ядом, — ответил мужчина, натягивая белье и джинсы. — Ты сам виноват в том, что с тобой случилось. Теперь расплачивайся. К тому же, не забывай, что я дал тебе право на выбор.

— Он был не велик! — закричал Михаил и встал с кровати. — Либо я буду работать в твоем борделе, либо лежать в могиле. Это не выбор!

— Тем не менее, я его предложил тебе. Я как-то раз сказал, что не прощаю!

— Это уже слишком, остановись! Пять лет прошло! Сколько тебе еще нужно, чтобы ты погасил этот огонь ненависти?

— Тебе ведь всего двадцать восемь, верно? Ты работаешь здесь пять лет, так? Контракт был подписан на десять лет, если моя память меня не подводит. Когда тебе исполнится тридцать три, ты будешь свободен. А если же после окончания контракта тебя кто-нибудь пожелает купить для своего борделя, то это будет только твоя проблема. Хотя, через пять лет у тебя между ног будет такое, что я не думаю, что кто-то пожелает тебя приобрести. Ради многого в этой жизни нужно чем-то жертвовать — засмеялся альфа, надев на себя куртку. — Удачной ночи!

***

-… он на протяжении десяти лет проводил исследования для всемирного банка, — Джексон поднял взгляд на друга и прошептал. — Нет, я убью тебя сегодня. Константин!

Альфа вздрогнул и быстро уткнулся в документы, пытаясь хоть что-то прочитать и понять смысл напечатанного. Джексон нервно откинул от себя документы, так же поступил и с документами, которые были на руках у друга, а потом прямо спросил его:

— Неужели он так сильно затмил твой разум? Он, конечно, симпатичный, я не спорю, но не до такой степени, чтобы ты отвлекался от работы и думал об омеге целый день! Никогда такого раньше с тобой не было! В чем дело?

— Я вовсе не думаю о нем, Джексон. Просто в последние дни не важно себя чувствую. Я устал, мне хочется отдохнуть. Думаю над предложением родителей погостить у них недельку.

— Ты думаешь об этом оборванце и не пытайся сделать из меня дурака. Я не был бы лучшим другом, если бы тупо купился на эту отмазку. Если хочешь знать, то он о тебе совсем не думает и развлекается с другими парнями.

— Что за бред ты несешь? — напрягся альфа, чувствуя, как внутри поднимается буря. Он впился руками в ручки кресла, пристально следя на другом.

— Он сегодня идет на свидание и у него, как мне кажется, все прекрасно, чего я не могу сказать о тебе.

— Откуда такие сведения?

— О, значит, ты действительно интересуешься этой омегой? — с улыбкой спросил друг, но увидев холодный взгляд мужчины, уже серьезно добавил. — Ты же знаешь, что поебываю его дружка. От него и узнал, специально для тебя, дружище.

— Где?

— Сейчас напишу адрес. Выеби его уже и вернись к нормальной жизни, иначе мне кастрировать тебя придется, Господи прости — прошептал последние слова мужчина, быстро написав на листке адрес кафе.

Константин буквально вырвал бумагу из рук друга, вылетев из кабинета. Злость обуревала с головы до ног. Значит, Герман отказал ему, но собрался идти на свидание с другим парнем. Больше всего бесила мысль о том, что возможно, у Германа был парень, но уже в машине, рационально подумав об этом, он откинул подобную мысль. Если бы у Германа был ухажер, он сразу бы сказал об этом. Хотя, черт его знает! Если Тин на первых днях знакомства трахается с Джексоном, то и друг у него соответственно такой же. Однако, альфа прекрасно помнил чистый запах омеги и мог дать руку на отсечение, что на Германе не было запаха альфы. Однако он предпочел ему грязь. И Константин желал сам убедиться в этом.

***

Герман сидел за столиком в одном из маленьких кафе и до сих пор не мог понять, как он здесь оказался. Неделю назад позвонил Валентин и сказал, что ему понадобится помощь. Нужно было заняться оформлением зала, где друг работал, и Герман сразу же согласился помочь. Половина коллег по работе, конечно же, тут же заболела, а у другой появились срочные дела. В итоге, они остались втроем — Роман, Альберт и Валентин.

В тот вечер Тин познакомил его с ребятами, и они сами не заметили, как стали все чаще встречаться и общаться вчетвером. Прошло всего чуть больше недели, но для омеги этого времени, казалось было достаточно, чтобы забыть. Однако он не мог. Константин до того засел в его голове, что неосознанно снился парню по ночам и мерещился в каждом знакомом силуэте.

Герман укусил губу. Альберт подошел к столику с кофе, чаем и свежей, горячей выпечкой. Герман тепло улыбнулся и попытался сделать вид, что ему очень интересно находиться в компании парня, на самом деле желая поскорее оказаться дома. Альберт был очень милым и общительным, но он совсем не привлекал омегу как альфа. А вот, кажется, Альберт положил на него глаз, и Валентин тут же решил их свести вместе.

— Валентин сказал мне, что это твои любимые шоколадные кексы…

— Да, спасибо — еще раз улыбнувшись, тихо ответил омега, сделав глоток зеленого чая.

— Эмм… знаешь, Герман… я понимаю, что мы знакомы всего ничего и пока еще мало знаем друг друга, но ты очень красивый, милый, добрый и такой хороший — робко говорил альфа.

Герману было видно, что слова давались альфе нелегко, но омега просто предпочел бы ничего этого не слышать. Он никогда не пытался давать повода или намекать на что-либо. Кажется, он вообще предпочитал не думать об отношениях с кем-либо. Для него существовала лишь школа, дом и работа.

Разумеется, что по ночам он часто представлял себе, что его альфа будет самым лучшим и заботливым, что они будут жить в красивом доме и у них будет много детей. Иногда, закрывая глаза, он рисовал в воображении поцелуи и нежные объятия, но на этом все строго заканчивалось. В реальности он старался не думать об этом, но более, потому что боялся альф и не доверял им.

Он пришел в себя, только когда почувствовал, как Альберт коснулся его ладони. Подняв глаза, юноша замер на месте, словно примерз. Он почувствовал такой любимый и родной запах, что у него слегка закружилась голова. Внутри все стало гореть огнем, а глаза выискивали мужчину среди людей. Герман чувствовал, что альфа находится совсем рядом.

Встав из-за стола, не понимая, что делает, он бросился к выходу и, открыв дверь, чуть ли не сбил с ног Константина, который резко схватил его за плечи. Они снова стояли так близко, прижавшись друг к другу и не замечая никого вокруг. Звуки, люди, движения — все замерло и исчезло.

Герман смотрел в глаза Константина, сжимая руками его плечи, а глаза его стали слезиться. Сердце билось в бешенном ритме, а в груди все ныло от боли и тоски по Константину. Слезы медленно текли по щекам, он продолжал смотреть в лицо Константина, крепко держа его, боясь, что тот может исчезнуть.

— Уходи, прошу — уже не сдерживая своего плача, прошептал омега, не отпуская альфу.

— Почему ты гонишь меня, я не понимаю?

— Я не…

— Все в порядке? — Альберт вышел из кафе, держа в руках одежду Германа и переводя взгляд с омеги на альфу.

— Да, Альберт. Просто я… — Герману не дали договорить.

Константин выхватил одежду у Альберта и потащил омегу за собой. Тот даже и не думал сопротивляться. Они быстро сели в машину и поехали неизвестно куда. Омега не спрашивал дороги, а лишь закрыл ладонями лицо и продолжил громко плакать. В последнее время он чувствовал себя таким раним и чувствительным, готовый расплакаться из-за любой мелочи.

Остановившись у одинокого ручейка, стекавшего с гор, Герман наконец-то обратил внимание на место, в которое они приехали. Это был старый, заброшенный парк почти в самом конце города, где недалеко от него раньше находился санаторий. Герман никогда тут не был и даже не запомнил дороги, но его это не волновало. Открыв дверь, Константин силой вытащил оттуда омегу и, прижав к машине, спросил:

— В чем дело, Герман? Ответь мне!

— Я не понимаю, о чем ты говоришь?

— Почему ты ответил мне отказом? У тебя кто-то есть, да? Или ты нашел кого-то богаче?

— О чем ты говоришь, Константин? Что еще за богаче? Неужели ты думаешь, что меня привлекают твои деньги?

— А разве не так? Ты строил из себя невинность, а сам? Уже на следующий день таскаешься не понятно с кем.

— Как ты можешь говорить такие ужасные вещи? Я, может быть, ниже тебя по социальному статусу, но у меня есть гордость и чувства! — закричал омега и оттолкнул от себя альфу.

— Ты не ответил на мой вопрос! — закричал альфа, заставляя омегу сжаться.

— Я не обязан отвечать, но скажу. Я отказался, поскольку знал, что когда-нибудь это случится. Я думал, что ты просто хочешь поиграть со мной, потому что я для тебя лишь временная игрушка. Между нами ничего не может быть из-за нашего социального статуса. А теперь ты только подтвердил мои догадки. А я думал, что ты не такой, как другие…

— Я тебя, возможно, удивлю, но все люди такие. А у тебя были и другие? — усмехнулся мужчина и тут же получил пощечину.

Константин пришел в себя первым и, подойдя к омеге, схватив его за плечо свитерка:

— Никогда больше… не смей поднимать на меня руку! — в порыве гнева закричал мужчина. — Я знаю таких, как ты, и тебе подобных встречал много раз. Вы все жалкие дешевки, которые желают заполучить как можно больше денег. Вас интересует только это и ради своей цели вы готовы сделать все. Правда колет тебе глаза, я знаю… и вот еще что… я тебе не забуду эту пощечину. Ты жестоко мне за это ответишь, Герман. На такси, — кинув на асфальт одежду и пару купюр, мужчина сел в машину и уехал, оставив Германа одного в заброшенном парке.


Оставить отзыв Комментарии с адресами сайтов опубликованы не будут
Statok.net