Инстинкты — Kemana912

Глава 15

      Говорят, что чем выше взбираешься, тем больнее падать. Дамблдор прочувствовал это на собственной шкуре. Проведя ночь в изоляторе, он продумал до мелочей, как выбраться отсюда, потоптавшись по репутации Министерства и Аврората. Для этого нужен был только адвокат, с которым у него был заключен контракт. Он предполагал, что однажды его попытаются дискредитировать, и поэтому собрал целую коллекцию компромата. Все хранилось у маглорожденного выпускника Хаффлпаффа Стива Джонсона. Он имел маленькую магловскую адвокатскую контору, но из-за контракта с Дамблдором знал и магическое законодательство. Оставалось связаться с ним и обговорить их действия. Ну, и журналистов подключить.
Все планы были разрушены пришедшим к нему в камеру Волдемортом. Дамблдор сначала даже не понял, кто это, пока тот не представился Томасом Марволо Реддлом. Это было непредвиденно. Как оказалось, он пришел похвастаться своей победой. А о том, что Реддл победил, ясно говорила статья в газете. Там было вынесено на суд читателей абсолютно все: и неблаговидные поступки Великого Светлого мага, и мирный договор между Министерством и Волдемортом, а самое главное, его планы на будущее. В статье было сказано, что политика Волдеморта с недавнего времени не интересует. Он собирается в скором времени жениться и посвятить себя семье и Роду. А политикой он займется позже, когда дети подрастут, может быть. По всему выходило, что Дамблдор просто обезумевший старик, помешанный на власти, а Волдеморт — несчастный сирота, которому сломали жизнь. Это был провал. После такой статьи никакой компромат не вернет его прежнего положения, максимум сместит некоторых людей с постов.
Том уходил из маленькой камеры, оставляя за собой постаревшего и сломленного Дамблдора. Разумеется, написанное в статье не совсем правда. Политика его всегда интересовала, а тем более сейчас, когда директор не мешается. Просто теперь он не будет стремиться на пост Министра, а станет Серым Кардиналом, как Дамблдор в свое время. А люди пошумят, поспорят, некоторые повозмущаются, но, попробовав на себе нововведения, несомненно оценят новые порядки.

 

***

Обитатели Хогвартса пораженно молчали, читая свежую прессу. Мертвая тишина сменилась еле слышным перешептыванием, а затем равномерным возмущенным гулом. У многих сегодня мир перевернулся. Особенно двуличности Дамблдора возмущались гриффиндорцы. Они больше всех верили ему, считая чуть ли не вторым Мерлином, а он… На Гарри стали задумчиво коситься. Первыми не выдержал родной факультет. Самые смелые под предводительством Финигана остановили его у входа в Большой зал.
— Гарри! И что теперь?
— Ты о чем?
— О пророчестве.
— Пф… Ты в него веришь что ли?
— Конечно! Дамблдор может много чего наврал, но ведь пророчество подлинное.
— Может быть и подлинное, но не однозначное. Откуда тебе знать, что его правильно понимают? Или что оно может быть уже исполнено?
— Ты так думаешь?
— Мне все равно. Я ни с кем сражаться не собираюсь. У меня другие планы, — и под немного растерянными взглядами он развернулся и направился к гриффиндорскому столу. Объяснять что-то он не собирался. Бесполезно это. Все равно поймут по-своему.
Слова про «другие планы» вызвали большой интерес. В первую очередь все пытались выяснить, есть ли у него альфа или он просто носит кольцо? И выяснили довольно быстро. По высокомерным взглядам слизеринцев и снисходительности некоторых ровенкловцев стало ясно, что ответ те знают. У слизеринцев спрашивать бесполезно, поэтому насели на знающих ровенкловцев. Одного раскололи. Потомок обедневшего, но тем не менее древнего рода признался, что кольцо у Поттера настоящее, причем его супруг скорее всего Лорд. Какому роду принадлежат такие цвета, он не знал.
Школа забурлила. В ходе поиска информации выяснили, что супругом Поттера может быть как Лорд, так и Наследник. Круг расширялся. Близнецы Уизли начали принимать ставки. Пока было три мнения. Первое — таинственный альфа не в Хогвартсе. Это мнение было самым популярным. Второе — альфа-слизеринец. Это мнение тоже поддерживали много кто. Тогда становилось понятно, откуда о статусе Гарри знают Слизеринцы и почему перестали его задирать. Даже Малфой. Также понятно, почему никто еще ничего не узнал. Слизеринцы не попадаются. Третье мнение имело место, но было неубедительным. Некоторые думали, что альфа это кто-то из преподавателей или из Хогсмида. Но в Хогсмиде никто не замечал Поттера рядом с каким-либо альфой, кроме Рона Уизли. А среди преподавателей единственным альфой был Снейп. Поэтому в эту версию никто не верил.
Некоторое время спустя ставки от расплывчатых стали более конкретными. Выделялись Малфой-младший, Забини, Нотт и… Снейп. Ученики отказывались верить, но наблюдения показали, что это очень возможный вариант.
Гарри с компанией на это безобразие не обращали внимание. Рон хотел возмутиться, но Гарри его отговорил. Потому что бесполезно. Они просто перестали разговаривать почти со всеми, так как все разговоры сводились к попыткам выяснить, кто альфа. В таком кошмаре прошло полтора месяца. Гарри стал замечать, что он очень сильно устает. Встать утром стало подвигом, он стал раньше ложиться. Нормально высыпался он только если оставался у мужа. Парадокс, вставать-то в таком случае приходилось раньше. Северус тоже заметил, что с Гарри что-то не так. Усталость распознать через артефакты было нельзя, но постоянную апатию и частое раздражение он чувствовал. При этом Гарри говорил, что все хорошо, просто его раздражают назойливые студенты и он устает от их внимания. Снейп отставал, но продолжал присматриваться к супругу.
Ситуация разъяснилась самым неприятным образом. Гарри рухнул в обморок прямо в Большом зале. Он с самого утра чувствовал себя не лучше инфернала. Но выглядел при этом неплохо. Бледнее обычного, следы недосыпа налицо, но ничего страшного. Обеспокоенный Северус еще за завтраком по связи передал ему просьбу сходить к мадам Помфри. Гарри пообещал сходить после занятий. И до обеда действительно хорошо держался, особенно после урока Истории магии, где немного поспал. Но организм не выдержал.
В тот момент, когда Снейп сначала вылетел из-за преподавательского стола к Поттеру, а затем понес его на руках в больничное крыло в сопровождении мадам Помфри, так интересовавший всех вопрос отпал сам собой. Попытавшегося сказать что-то гневное и возмутительное гриффиндорца заткнул Рон. Выдав полную крепких выражений и нелестных эпитетов речь, в которой ясно дал понять, что он сделает с любителями почесать язык и не тактичными людьми, если они сунутся к Гарри с вопросами. Все прониклись, особенно гриффиндорцы. Рон слов на ветер не бросал, а кулак у него был большой и тяжелый.
В больничном крыле Гарри осторожно осмотрели и привели в чувство. После этого он выслушал короткую, но очень эмоциональную речь мужа о его глупости и безответственности. Его осмотрели еще раз и опросили. По словам мадам Помфри, у малыша уже начало формироваться магическое ядро и он активно тянет магию из папы. Гарри почему-то не справляется. Возможно, ребенок будет очень сильным или… детей больше чем один. Парню выдали восстанавливающее зелье, разработанное специально для омег, и отправили восвояси вместе с супругом. Снейп оценил состояние супруга и отправил его собирать вещи. Гарри теперь будет жить у него.
Вернувшиеся с занятий Дин и Симус обнаружили, что из спальни пропали все вещи Гарри. Чуть позже, когда обсуждать пропажу одноклассника, собрался почти весь факультет, Рон пояснил, что теперь Гарри будет жить с мужем. И напомнил, что он сделает с сочувствующими. Парвати и Лаванде срочно понадобилось навестить Падму Патил и Сьюзен Боунс. В том, что о переезде через полчаса будет знать весь Хогвартс, можно было не сомневаться.
Гарри же было не до однофакультетников. Он почти засыпал, лежа в объятьях мужа. Восстановительное зелье имело легкий снотворный эффект.
— Почему ничего не сказал?
— О чем? Я же думал, что все в порядке. Я действительно считал, что просто меня утомили окружающие.
— Бестолочь!
— Зато твоя собственная.
— Кто бы спорил…
— Ты не сердишься?
— Уже нет. Но не надейся, что я забуду. Можешь забыть о какой-либо свободе. Теперь ты либо со мной, либо с кем-то из друзей. Любое подозрение на отклонение от нормы — сразу в больничное крыло. Понял?
— Да понял. Я же правда не думал…
— Ты вообще крайне редко думаешь. Так что привыкай, что за тебя теперь я думать буду. Спи уже.
— Ты не уйдешь?
— Не уйду. Нам до утра нельзя надолго разлучаться. А возможно еще и завтра.
— Хорошо.
Вечером выспавшийся Гарри чувствовал себя намного лучше. Причем настолько, что Северус спокойно сел проверять то, что ученики называли громким словом «эссе». Поттер расположился на диванчике неподалеку с книгой. Семейную идиллию разрушил стук в дверь. Северус, нахмурившись, пошел открывать. Ожидать можно было чего угодно. За дверью оказался Драко.
— Привет! Пустишь или я не вовремя?
— Заходи. Что тебя привело ко мне? — Северус впустил крестника и сел рядом с Гарри.
— Не к тебе, а к вам. Пришел узнать, все ли в порядке, — ухмыльнулся Драко, усаживаясь в кресло.
— Уже все хорошо. И давно ты знаешь?
— Не очень.
— Рассказывай все, для тебя же лучше будет.
— Хорошо, — понятливо покосился на подозрительно сощурившегося Поттера Драко. — После того провального визита отца, многих заинтересовала твоя реакция. Обычно на него только мертвые и старики не реагируют, а тут полный игнор. Да еще колечко смутно знакомое. Я и стал следить. Быстро понял, что альфа в Хогвартсе. Потом заметил, что иногда ты на завтраке слегка не выспавшийся, но довольный. Еще и разговоры гриффиндорцев, что ты стал частенько допоздна по замку гулять. Я сделал вывод, что ты иногда не в башне ночуешь. Особого графика у тебя не было. Но в такие дни ты уходил с ужина один и перед уходом всегда что-то говорил Грейнджер. Вот в один такой вечер я и проследил. Правда меня Филч спугнул и я потерял тебя у входа в подземелья. Тогда я логически рассудил, что к девушкам ты ходить не можешь, сам омега, а парни явно всем шепнули бы по секрету, во избежание недоразумений. Значит, вывод один — ты ходишь к нашему декану. Утром я встал пораньше и посидел в нише неподалеку. И точно, около семи ты и вышел. С деканом ссориться дураков нет, поэтому мы и стали по-тихому за тобой присматривать. Ничего особенного делать не пришлось, но от близнецов Уизли пару раз спасли. И да, я сразу отца предупредил, чтоб не лез со своими ухаживаниями. А то у него такие планы были, вплоть до Амортенции. Это, конечно, подозрения, но просто так он не стал бы приобретать такое зелье.
— А зачем было вообще предупреждать? С чего такая забота?
— Ты так говоришь, потому что у тебя инстинкт самосохранения давно издох в корчах. Это ты Грозу подземелий не боишься, а все остальные понимают, насколько опасно переходить ему дорогу. Будь на его месте кто-то другой, отца не остановил бы даже магический брак. Иметь в любовниках Надежду магического мира тоже почетно. Но крестный ни с кем делиться не любит и, самое главное, он за свое и убить может. Причем так, что проще будет самому заавадиться, по крайней мере это безболезненней. Да и маму жалко стало. Постоянные измены отца она может и переживет, а вот если он ее на кого-то променяет, выкинет как ненужную вещь… Она не заслужила такого.
— Да уж… А что, Северус такой грозный, раз его все боятся? Что-то не замечал ничего такого…
— Так уже и не заметишь. Теперь ты — самое главное сокровище. Тебя будут оберегать, холить и лелеять. Поверь мне, я знаю. Взвоешь еще от чрезмерной заботы.
— Что-то не заметил я, чтобы ты был против заботы, — усмехнулся Снейп.
— Мы в разных домах жили, а в школе у нас обоих мало свободного времени. Каждый своим делом занят. Мне каникул с лихвой хватало. Туда не ходи, это не трогай, одевайся теплее… Как с маленьким! Так что, Поттер, тебя та же пытка ждет, хотя наверное ненадолго, — Слизеринец выразительно покосился на его живот.
— Все-то ты знаешь… — фыркнул Гарри. Северус только усмехнулся. Он давно понял, что его змейки про все догадались. И не отреагировал, показывая свое доверие.
— Можно вопрос?
— Спрашивай, может даже отвечу.
— Почему ты на отца не повелся? Он был просто раздавлен.
— Мне его запах не нравится. А еще он мне павлина напоминает. Белого. Красивая, но бесполезная экзотика, — на такую характеристику Сиятельного лорда оба слизеринца весело усмехнулись.
— Кстати, Драко, почему он не пришел за подробностями, когда все узнал?
— Оскорбился. Какой-то Снейп его вдруг обошел. Твои заслуги он, несомненно, признает, но то, что ему отказали из-за тебя, его покоробило.
— Зато меня порадовало… Что фыркаешь?
— Слизеринцы хоть знают, что такое искренняя дружба, или у вас все на расчёте построено? Вы же вроде друзья, а отношения…
— Сложно сказать… Все от человека зависит. С твоей мамой мы настоящими друзьями были, без всякого расчета. А с Малфоями так не получится. Воспитание другое.
— Ясно…
— Хорошо тут у вас сидеть, но меня ждут с подробностями. Кстати, Поттер, если какая помощь нужна или совет, обращайся. К любому из нас, поможем. Ты теперь у нас под присмотром.
— Ну, надо же, какая забота.
— Ради счастья своего декана мы и не на такое пойдем.
— Почему-то мне кажется, что это не относится к проявлению альтруизма.
— Правильно кажется. Счастливый и спокойный декан — это отсутствие проблем и много возможностей.
После ухода Драко Гарри задумался. Такой Малфой ему нравился. Может им подружиться?

***

После прояснения ситуации учиться стало легче. Все боялись гнева Снейпа и кулаков Рона. Но оставался последний не решенный вопрос. Сириус. Он уже закончил лечение и скоро подойдет к концу его поездка в Таиланд. Гарри очень боялся его реакции. Они договорились встретиться в Хогсмиде в ближайшую субботу. Друзья пообещали пойти вместе с ним.
Погода на улице радовала. Весна еще только вступала в свои права, но ее влияние уже чувствовалось. В этот раз в Хогсмид пошли почти все. И гриффиндорская четверка удачно смешалась с толпой. С Сириуса станется сделать сюрприз и прийти прямо к воротам Хогвартса. А Гарри еще нужно собраться перед разговором. Подозрения оказались верными. Только Блэк пришел не к воротам, а поджидал крестника в деревне. Причем пришел он вместе с Люпином. Столик был заказан на обед, поэтому вся компания еще погуляла по магазинчикам и улочкам. Сириус цвел от счастья иметь возможность просто прогуляться с крестником и другом. Еще он трещал без умолку, рассказывая как прошел отдых и жалуясь на чрезмерно строгих врачей в клинике. Гарри же пользовался этим, чтобы успокоиться. Хорошо помогал Северус через ментальную связь. Он утешал его, отвлекал, поражался таким сильным артефактам и еще много чего. Гарри в конце концов успокоился и собрался. Сириусу все равно придется смириться с выбором крестника или они просто перестанут общаться. Гарри расстроится, но переживет. Северус точно не позволит ему хандрить.
За разговорами и думами время пролетело очень быстро. Они расположились все в том же кафе с отдельными кабинками, где прежде встречались с Томом. К этому времени Невилл уже убежал на встречу к жениху, с Гарри остались Рон и Гермиона.
— Ребят, а мы не поторопились заказ делать?
— Нет, с чего ты решил?
— Просто ты очень настаивал на встрече и нервничаешь. Я подумал, ты хочешь меня со своим альфой познакомить. Или я ошибся?
— Не совсем. Я планировал про него только рассказать…
— А-а. А чего тогда нервничать?
— Просто я боюсь, что он тебе не понравится.
— Ерунда! Я приму любого, если он действительно тебе дорог.
— Любого? Точно?
— Конечно. Если только это не Волдеморт, будь он хоть трижды жертвой обстоятельств. Ну, или Снейп.
— Я так и думал… — грустно произнес Гарри.
— Э-э… Волдеморт? Серьезно? Нет? Снейп?! Мерлин… — Блэк только обречено опустил голову на руки. — А ты не ошибся?
— Нет…
— Жаль… Гарри, может все-таки кого-то другого поискать?
— Исключено!
— Почему?
— Ну, как тебе сказать…
— Ты что, уже в положении? Мордред и Моргана! Я его убью!
— И оставишь ребенка сиротой, а сам опять в Азкабан попадешь! Я вообще без Северуса могу не доносить, малыш очень сильный.
— Да черт бы его побрал! Теперь я понимаю, почему ты его не позвал.
Сириус изо всех сил пытался успокоиться. Он сидел, прикрыв глаза и сжав кулаки. Поэтому он не видел, как у Гарри поникли плечи и глаза налились слезами. Он, конечно, ожидал чего-то подобное, но никак не предполагал, что будет так больно. Гермиона вытащила припасенный на такой случай пузырек с успокоительным и, споив его, утешающе нашептывала, что все образуется и Сириус обязательно смирится. Гарри только кивнул и поднялся.
— Подумай хорошо, Сириус. Потом напишешь, — и ушел, оставив горстку монет.
Едва он вышел за дверь, как наткнулся на Северуса. Он не усидел, чувствуя отчаяние супруга, и пришел его поддержать. Гарри хватило посмотреть в наполненные тревогой глаза, слезы полились сами собой. Северус только молча обнял, благодарно кивнув тактичной Гермионе, которая молча уводила Рона на главную улицу Хогсмида. Он не видел, как пораженно застыли бывшие Мародеры у входной двери кафе. Сириус так точно не ожидал, что Снейп будет нежно обнимать Гарри и утирать сбегающие слезки, что-то успокаивающе шепча. И уж тем более он не ожидал, что Снейп может проявлять эмоции. Сейчас его лицо отражало нежность и сочувствие, которых, казалось, и не может ощущать вечно отмороженный слизеринский гад.
— Знаешь, Бродяга, тебе придется принять Снейпа. Или ты больше не увидишь Гарри.
— Ты прав, Луни. Ты, как всегда, прав. Но мне потребуется время.
— Так Гарри тебя и не торопит. Только написать ему об этом не забудь. А то изведется же ведь.

0
0

Оставить отзыв Комментарии с адресами сайтов опубликованы не будут
Statok.net